Башни (блюз)
Тексты песен автора Евгений Грибков зарегистрированы и имеют авторское свидетельство. А также этот вариант для коммерческого использования вместе с музыкальным сопровождением. Башни V55_1ru_004 стихи Евгений Грибков Читал я древнюю историю одну, Видел прах башни в основании, Не зная высоту, заглянул в их глубину — Там были страсти в людском страдании. Историй связность не всегда Видна тому, кто смотрит в оба. Одна — в камнях, другая — в слове, Но корень общий — как беда. Один фундамент — кирпичи и смола, Другой — из слов и смуты всех, И в кирпиче замешана была Та гордость, что порождает грех. Зиккурат тянулся до небес Не только ради звёзд и календаря. «Я избранный» шептал в нём жрец, Видя рядом, в каждом дикаря. А царь вбирал просторы с высоты, Где люди гнули спины, словно тени, И мнил: «Мои — и земли, и мечты, Остальным — право стать на колени». «Язык смешался», — молвили уста, Но суть одна: гордыня разрушала И камни, и слова, и те места, Где в сердце человека правды мало. И я увидел: две истории — смола и слог — Слились не в споре, а в порочном круге. Всему виной не чей-то злобный рок, А гордость, тлеющая в людском недуге.
Тексты песен автора Евгений Грибков зарегистрированы и имеют авторское свидетельство. А также этот вариант для коммерческого использования вместе с музыкальным сопровождением. Башни V55_1ru_004 стихи Евгений Грибков Читал я древнюю историю одну, Видел прах башни в основании, Не зная высоту, заглянул в их глубину — Там были страсти в людском страдании. Историй связность не всегда Видна тому, кто смотрит в оба. Одна — в камнях, другая — в слове, Но корень общий — как беда. Один фундамент — кирпичи и смола, Другой — из слов и смуты всех, И в кирпиче замешана была Та гордость, что порождает грех. Зиккурат тянулся до небес Не только ради звёзд и календаря. «Я избранный» шептал в нём жрец, Видя рядом, в каждом дикаря. А царь вбирал просторы с высоты, Где люди гнули спины, словно тени, И мнил: «Мои — и земли, и мечты, Остальным — право стать на колени». «Язык смешался», — молвили уста, Но суть одна: гордыня разрушала И камни, и слова, и те места, Где в сердце человека правды мало. И я увидел: две истории — смола и слог — Слились не в споре, а в порочном круге. Всему виной не чей-то злобный рок, А гордость, тлеющая в людском недуге.