«ДЖИНСЫ, ХРИПОТА И ШЛЯПА: В ЧЕМ СУТЬ ОБРАЗА БОЯРСКОГО, КОТОРОМУ ПОДРАЖАЛА ВСЯ СТРАНА»
В конце 80-х годов по всему Советскому Союзу тысячи парней пытались говорить с фирменной хрипотцой, искали в комиссионках черные широкополые шляпы и клеили над губой мушкетерские усики. Образ Михаила Боярского стал культовым. И вопрос на «Музыкальном ринге»: «Многие молодые люди подражают вашему образу, а каков он, в чём его суть?» — заставил артиста разложить собственный бренд по полочкам. Ответ Боярского удивил зал. Вместо пафосных речей о стиле он выдал формулу настоящего, земного мужского магнетизма. 1. Внешняя оболочка: Рок-н-ролльный мушкетер в джинсах Когда зал заговорил об «образе», Боярский сразу призвал не путать его киногероев с ним самим. На экране он мог быть в кружевах, со шпагой и на коне, но суть его личного, повседневного стиля была гораздо проще и ближе к молодежи. Черный монохром и джинса: Основа его образа — это простота, удобство и легкий бунтарский дух. Черная рубашка, потертые джинсы и кожаная куртка. В 1987 году это выглядело как советский вариант западного рок-н-ролльного стиля. Шляпа как восклицательный знак: Шляпа, по признанию артиста, изначально была просто деталью, защищающей от питерской сырости и назойливых глаз. Но она стала фишкой, завершающей образ независимого одиночки. 2. Внутренняя суть: Мужское начало и честность Главное, в чем заключалась суть образа Боярского и почему ему так отчаянно подражали — это абсолютный дефицит экранной мужественности в те годы. Советская эстрада была заполнена либо правильными комсомольцами, либо рафинированными певцами в блестках. Боярский же нес на сцену совершенно другую энергию: Искренность на грани надрыва: Его фирменный хриплый голос, взрывной темперамент и бешеная энергетика транслировали образ сильного, надежного, но при этом ранимого мужчины. Романтика улиц: Это был образ парня, который может и серенаду под окном спеть, и в уличной драке за себя постоять. Молодежь подсознательно считывала эту внутреннюю силу и хотела быть похожей на него. 3. Совет Боярского подражателям: «Ищите себя, а не мои усы» Сам Михаил Сергеевич к факту подражания всегда относился с иронией и легкой грустью. На «Ринге» он прямо заявил, что копировать внешние атрибуты — глупо и бессмысленно. «Если вы наденете мою шляпу и наклеите усы, вы не станете Боярским, вы станете его плохой копией», — объяснял артист. Суть его посыла была в том, что подражать нужно не шмоткам, а отношению к жизни и к профессии: работать на износ, быть честным перед собой, уважать зрителя и оставаться мужчиной в любых обстоятельствах. Резюме: Образ, который нельзя купить в магазине На «Музыкальном ринге» Михаил Боярский доказал, что его феномен — это не результат работы стилистов или пиарщиков (которых в СССР и не было). Суть его образа заключалась в редком сочетании питерской интеллигентности, мушкетерского благородства и понятной каждому парню дворовой харизмы. Ему подражали, потому что он был живым, настоящим и невероятно органичным в своем черном костюме. И этот эфир показал: можно скопировать шляпу, но нельзя скопировать ту бешеную искру в глазах и тотал-драйв, которые делали Боярского главной мужской иконой советского поколения.
В конце 80-х годов по всему Советскому Союзу тысячи парней пытались говорить с фирменной хрипотцой, искали в комиссионках черные широкополые шляпы и клеили над губой мушкетерские усики. Образ Михаила Боярского стал культовым. И вопрос на «Музыкальном ринге»: «Многие молодые люди подражают вашему образу, а каков он, в чём его суть?» — заставил артиста разложить собственный бренд по полочкам. Ответ Боярского удивил зал. Вместо пафосных речей о стиле он выдал формулу настоящего, земного мужского магнетизма. 1. Внешняя оболочка: Рок-н-ролльный мушкетер в джинсах Когда зал заговорил об «образе», Боярский сразу призвал не путать его киногероев с ним самим. На экране он мог быть в кружевах, со шпагой и на коне, но суть его личного, повседневного стиля была гораздо проще и ближе к молодежи. Черный монохром и джинса: Основа его образа — это простота, удобство и легкий бунтарский дух. Черная рубашка, потертые джинсы и кожаная куртка. В 1987 году это выглядело как советский вариант западного рок-н-ролльного стиля. Шляпа как восклицательный знак: Шляпа, по признанию артиста, изначально была просто деталью, защищающей от питерской сырости и назойливых глаз. Но она стала фишкой, завершающей образ независимого одиночки. 2. Внутренняя суть: Мужское начало и честность Главное, в чем заключалась суть образа Боярского и почему ему так отчаянно подражали — это абсолютный дефицит экранной мужественности в те годы. Советская эстрада была заполнена либо правильными комсомольцами, либо рафинированными певцами в блестках. Боярский же нес на сцену совершенно другую энергию: Искренность на грани надрыва: Его фирменный хриплый голос, взрывной темперамент и бешеная энергетика транслировали образ сильного, надежного, но при этом ранимого мужчины. Романтика улиц: Это был образ парня, который может и серенаду под окном спеть, и в уличной драке за себя постоять. Молодежь подсознательно считывала эту внутреннюю силу и хотела быть похожей на него. 3. Совет Боярского подражателям: «Ищите себя, а не мои усы» Сам Михаил Сергеевич к факту подражания всегда относился с иронией и легкой грустью. На «Ринге» он прямо заявил, что копировать внешние атрибуты — глупо и бессмысленно. «Если вы наденете мою шляпу и наклеите усы, вы не станете Боярским, вы станете его плохой копией», — объяснял артист. Суть его посыла была в том, что подражать нужно не шмоткам, а отношению к жизни и к профессии: работать на износ, быть честным перед собой, уважать зрителя и оставаться мужчиной в любых обстоятельствах. Резюме: Образ, который нельзя купить в магазине На «Музыкальном ринге» Михаил Боярский доказал, что его феномен — это не результат работы стилистов или пиарщиков (которых в СССР и не было). Суть его образа заключалась в редком сочетании питерской интеллигентности, мушкетерского благородства и понятной каждому парню дворовой харизмы. Ему подражали, потому что он был живым, настоящим и невероятно органичным в своем черном костюме. И этот эфир показал: можно скопировать шляпу, но нельзя скопировать ту бешеную искру в глазах и тотал-драйв, которые делали Боярского главной мужской иконой советского поколения.