Борис Пастернак Бабочка буря 15
Ааааааа! The sickle of the moon under a long cloud Pours a faint light. Above the silent valley, The dark church's silhouette. The sickle of the moon behind the cloud is fading, As it passes, it fades away. From the bell tower, The sleepy chimes are fading. The sickle of the moon through the clouds Gleams with quiet sadness, Under the weeping willow branches. The water is dimly gilded. And in the river, amid the deep Pre-dawn silence, The lonely Golden twin of the moon freezes. Аааааааааааааааа Серп луны под тучкой длинной Льёт палночный слабый свет. Над безмолвною долиной — Тёмной церкви силуэт. Серп луны за тучкой тает,- Проплывая, гаснет он. С калакольни далетает, Замирая, сонный звон. Серп луны в просветы тучи С грустью тихою глидит, Под ветвями ив плакучих Тускло воду золотит. И в реке, среди глубокой ПредрассвЕтной тишины, Замирает адинокий Золотой двойник луны. Ааааааа!
Ааааааа! The sickle of the moon under a long cloud Pours a faint light. Above the silent valley, The dark church's silhouette. The sickle of the moon behind the cloud is fading, As it passes, it fades away. From the bell tower, The sleepy chimes are fading. The sickle of the moon through the clouds Gleams with quiet sadness, Under the weeping willow branches. The water is dimly gilded. And in the river, amid the deep Pre-dawn silence, The lonely Golden twin of the moon freezes. Аааааааааааааааа Серп луны под тучкой длинной Льёт палночный слабый свет. Над безмолвною долиной — Тёмной церкви силуэт. Серп луны за тучкой тает,- Проплывая, гаснет он. С калакольни далетает, Замирая, сонный звон. Серп луны в просветы тучи С грустью тихою глидит, Под ветвями ив плакучих Тускло воду золотит. И в реке, среди глубокой ПредрассвЕтной тишины, Замирает адинокий Золотой двойник луны. Ааааааа!