ПОЛУНОЧНЫЙ КУПЕЦ баллада
Ватага лихая ночною порою в чащобе смурной обсуждала разбой. Под топот копыт, сквозь кусты бурелома на них вышел путник медвежьей тропой. Что слышно, бродяги? На тракте спокойно, а вы за какой тут собрались бедой? Купцы все сидят на торговой стоянке, лишь тати в чащобе встают на постой! Вам лес как родной, по повадкам заметно, да только никак не пойму ремесло. Ватага смеётся и скалится страшно, откуда, убогий, тебя принесло?! Мы люди лихие, живём лишь разбоем. Для нас этот лес и притон и корчма. Теперь, бедолага, горька твоя доля и скорбную чашу осушишь до дна...
Ватага лихая ночною порою в чащобе смурной обсуждала разбой. Под топот копыт, сквозь кусты бурелома на них вышел путник медвежьей тропой. Что слышно, бродяги? На тракте спокойно, а вы за какой тут собрались бедой? Купцы все сидят на торговой стоянке, лишь тати в чащобе встают на постой! Вам лес как родной, по повадкам заметно, да только никак не пойму ремесло. Ватага смеётся и скалится страшно, откуда, убогий, тебя принесло?! Мы люди лихие, живём лишь разбоем. Для нас этот лес и притон и корчма. Теперь, бедолага, горька твоя доля и скорбную чашу осушишь до дна...
