Тайны станицы Кировской: едем на дизеле в Конармейскую за пирожками и донской правдой

Удивляться разрешено. Залетели мы в старый добрый «дизель» — тот самый, что мерно отстукивает на стыках рельс, увозя нас из душного Ростова в бескрайние, залитые солнцем донские степи. За окном плывут ковыльные дали, мелькают забытые степные полустанки, а в вагоне пахнет жареными пирожками, семечками и сладковатой дорожной пылью. Едем в станицу Кировскую. Цель наша проста и святая: отведать местной стряпни да перетереть за жизнь с московским писателем донского разлива. Но об этой встрече — в следующем репортаже. А пока глядим в окно и думаем о странной, запутанной судьбе Кировской. Историки, поди, до сих пор чешут затылки, листая пыльные архивы. Почему Кировская? И почему сама станция, встречая путейцев, гордо зовется Конармейской? Неужто тут и правда вихри лихой гражданки до сих пор гуляют в степных балках? То ли в честь Кирова переименовали в лихие тридцатые, то ли конница Буденного тут ковыль копытами топтала, а название так и приросло к земле, как репей к шароварам. Кто-то говорит, что это память о Первой конной, кто-то упирает на советские веяния. Загадка, ей-богу! Степь помнит всё, а мы только угадываем. А вы, земляки и гости Дона, как думаете: чьих тут больше — Кирова или конников? Откуда ветер дует? И, главное, где на станции Конармейской продают самые вкусные пирожки? Пишите в комменты, делитесь своими секретами и версиями!